Александр Жидков: О поездке в Свято-Введенскую Оптину пустынь

MdbI5g0_D2I

 

JGeIt6sL9mcСтатья студента IV курса Калужской духовной семинарии Александра Жидкова, посвященная паломнической поездке в Свято-Введенскую Оптину пустынь.

3 марта у нас была запланирована паломническая поездка в Оптину Пустынь. Проходя поприще Великого поста, мы радостно откликнулись на предложение владыки-ректора посетить обитель с целью духовного укрепления. Выехали мы в 8 часов утра. Расстояние между Калугой и Козельском не особо большое, всего 80 км, поэтому к девяти часам мы уже были на месте. Остановившись у ворот, мы решили побродить по территории монастыря самостоятельно, кому куда вздумается, так как до Литургии оставался еще час.

Я с другом отправился в лавку подавать записки. В руках у него была какая-то книга, завернутая в небольшой пакет, которую нужно было передать одному оптинскому иеромонаху, причем сам друг этого иеромонаха не знал. Я тоже. Спросив меня, как ее доставить, я сказал, что можно, в принципе, отнести ее на вахту, и ее передадут – там точно всех знают. Никуда особо не торопясь, мы посетили с ним еще одну лавку, и только потом двинулись в сторону вахты. Мы постучали в окошко, но нам никто не открыл (как раз рядом с вахтой находится Введенский собор). Не желая терять времени, мы зашли в него поклониться мощам – именно в этом соборе находятся мощи преподобного Амвросия. В храме было тихо и немноголюдно. Поклонившись мощам мы пошли в другой храм – Преображенский. Приложившись к святыням, мы присели на лавочку, и немного побыв в тишине, не спеша отправились к выходу, как вдруг мне сообщили, что отец Илиодор на улице, и сейчас собирается идти на службу. Мы вышли и подошли к нему. Батюшка спросил у меня все ли приехали? Мы ответили, что все, и сейчас хотели бы помолиться за Литургией. Отец Илиодор ответил, что для нас уже заказан обед, и после службы мы сможем подкрепиться. С ним был келейник, и я сказал своему другу, что лучше будет, если он передаст книгу для иеромонаха ему, и ее в любом случае передадут. Так и поступили. Решился наш вопрос с книгой, стали ясны дальнейшие планы.

MdbI5g0_D2IЛитургия шла своим чередом, пел хор, братьев в нем, правда, было не много, но пели душевно. В конце панихиды (была Родительская суббота – день поминовения усопших), когда я стоял около выхода, неожиданно ко мне обратился молодой послушник. Он протягивал мне небольшую книжицу и фотографию отца Венедикта. У него была целая коробка таких книжечек и очень много фотографий покойного наместника. Книжечка была уникальна тем, что она была выпущена по благословению отца Венедикта, и им же была составлена. Это книжка небольшого формата, удобная тем, что может поместиться даже в кармане. В ней написаны некоторые цитаты и изречения из Евангелия, Псалтири, Катехизиса, Апостола; также толкование на 12 членов Символа Веры. Послушник сказал, что при жизни отец-наместник заповедовал каждому монаху и послушнику в Оптиной изучать ее, и даже заучивать эти цитаты наизусть. «Отец Венедикт очень радел за духовное образование своих чад», — говорил послушник, — «и с его кончиной мы потеряли духовного отца, которого очень любили, всегда обращаялсь к нему за советами. Он духовно нас всех окормлял, переживал за каждого, и каждый был ему дорог». И это действительно так. Совсем без преувеличения.

Вспоминаю службы в Оптиной, когда мы приезжали на праздники, на которых всегда присутствовал наместник. В последние годы его жизни, когда он шел, его часто поддерживал келейник, и батюшка очень грузно, тяжело передвигался, но всегда шел сам, своими ногами. Он добирался до своего кресла и садился в него, потому что долго стоять он не мог – видимо сильно болели ноги. Но он никогда этого не говорил. Он садился, и вся оптинская братия подходила под благословение к своему отцу. Благословляя каждого, он задавал какие–то вопросы каждому, если делал замечания брату, то всегда мягко, с отеческой любовью, чтобы ни в коем случае не обидеть. Очень часто он улыбался при разговорах, всех всегда встречал с добродушием и любовью…

5Взяв книги, я сказал послушнику, что мы прибыли из Калужской семинарии, и что я не один. Он предложил мне взять книжечки и фотографии для всех. «Еще помимо этих книжечек с изречениями мы раздавали книги о жизни отца Венедикта, написанную на 40 дней со дня его кончины, но они, к сожалению , закончились» — сказал послушник. Я огорчился и положил стопку фотографий и книжек в сумку. «Но у меня остался один экземпляр, только за ним надо сходить, пойдешь?», — спросил он. «Конечно, пойду» — ответил я. И мы отправились с ним на братскую территорию, где у них находится склад. Войдя в небольшое складское помещение, он попросил меня немного подождать, и спустя минуты три я получил свою. Поблагодарив его за оказанную милость, я спешно отправился назад к храму, так как все уже собрались в одном месте, и начали делать общее фото на память на фоне Оптинской  колокольни.

На общее фото я не попал, но потом отдельно мы еще сделали пару снимков, ведь это же все наша история, история семинарской жизни. Затем из храма вышел отец Илиодор, скромно, боковой дверью (служебным входом). Мы его как раз там и дожидались. Приветствуя нас, он пригласил всех в трапезную. Войдя, мы помолились перед едой, и сели за столы, где уже было все готово. В углу пожилой монах читал жития святых. Отец Илиодор не садился с нами кушать: он ходил от стола к столу и смотрел, всего ли хватает, и если чего-нибудь недоставало, то сам это приносил. На нашем столе не доставало компота, батюшка сам нам принес его и поставил. Для него главное – забота о всех без исключения. По окончании трапезы он по своему обыкновению доставал по охапке конфет и клал каждому на стол, спрашивая, всем ли досталось.

Сказав ему о наших дальнейших планах, мы выразили желание сходить на могилку к отцу Венедикту, чтобы помолиться и пропеть «Вечную память». Отец Илиодор пошел с нами, и после молитвы он обратился к нам с небольшим назиданием: «Вы, ребята, учитесь в духовной школе, и на вас лежит большая ответственность перед Богом. Ведь вы – будущие пастыри. В мире сейчас много искушений, людей пытаются отвратить от истинного пути, пытаются отучить от главного –  молитвы. И мы должны чаще молиться, стараясь не обращать внимания на козни дьявола. И когда мы установим правильные взаимоотношения с Богом, когда будет у нас непрестанное памятование о Боге, тогда и все наши дела пойдут хорошо. Нужно возносить свои молитвы и к Матери Божией, которая всегда нас защитит, которая всегда поможет нам в трудную минуту, покроет своим Покровом». Попрощавшись с отцом Илиодором, и поблагодарив за столь теплый прием в обители, мы уже без него последовали в часовню убиенных монахов: иеромонаха Василия, инока Трофима и инока Ферапонта. Провозгласили и там «Вечную память». В часовне всегда спокойно, тихо и хорошо. Мысли приходят в порядок, становишься собраннее, сосредотачивая внимание на своей душе.

4В общем, в Оптиной всегда особая атмосфера. Другими словами – благодать. Тысячи людей приезжают в эту обитель за духовной поддержкой и утешением. Это то место, где просто хорошо. Я не знаю, как это объяснить, но там ты успокаиваешься. Бывает, едешь туда с какими-то переживаниями, проблемами. Но, приехав туда, ты понимаешь, что все улеглось, все тихо и уже ничего не нужно, что переживания прошли. Благодатная Оптина…

Собравшись все в одну группу, мы вышли из ворот монастыря и неспешно побрели к автобусу: пора уезжать обратно в Калугу. Ведь мы должны успеть ко всенощной, ведь кто-то из нас несет послушание в хоре кафедрального собора и ему предстоит петь, кто–то исполняет послушание иподиакона у архиерея и будет прислуживать в алтаре, а кому–то предстоит читать за богослужением или просто молиться.